Впрочем, Каверину повезло и с удивительно мудрыми и интеллигентными друзьями. Не могу не привести здесь письмо Э. Казакевича:

"Дорогой Вениамин Александрович!
<...> Вчера сидел с редакторшей Борисовой над Вашим романом. Замечаний очень мало и очень мелкие. <...> Одно только место я не решаюсь поправить без Вас. Вернее, я поправил, но считаю нужным сообщить Вам об этой поправке: если не согласитесь, изменим в вёрстке.

На стр. 372, там, где Митя говорит о причинах трудностей в науке, есть такая фраза: "... что мы не умеем подобрать себе настоящих учеников без одобрения профкома или комсомольского комитета, хотя эти организации не имеют никакого отношения к науке".

Это кажется мне слишком точно адресованным по неточному адресу. Речь, конечно, должна идти о парткоме и отделе кадров - ведь так, конечно? Вы по известной причине не называете таковых, но все прекрасно поймут, и поймут также, что Ваша смелость далека от смелости. Если же назвать эти адреса, то одной полуфразой, походя, вскользь, тут не обойтись.

У нас дожди и дожди...".

Я предлагаю заменить эту фразу следующей: "... что мы не смеем без бесконечных оглядок и согласований подбирать себе настоящих учеников". Мне кажется, что в этой неопределённости больше определённости, чем в той кажущейся точности, что есть у Вас.