Мой Норд-Ост -- Каверин -- Капитаны -- Клебанов

"Но когда в книге стала появляться профессия Сани Григорьева, мне пришлось бросить "личные" впечатления и приступить к ознакомлению жизни пилотов, о которой до той поры я знал лишь немного. Неоценимую помощь в изучении аэронавтикт я получил от старшего лейтенанта С. Я. Клебанова, погибшего смертью героя в 1943. Он был талантливым пилотом, смелым офицером, прекрасным и прямым человеком. В процессе моей работы над вторым томом я столкнулся (среди прочих материалов Комиссии Военных Исследований) с показаниями собратьев-офицеров Клебанова, свидетельствующими о том, что моё высокое мнение о нём разделяли и его товарищи" (из предисловия к "Двум капитанам"^(*)).

Нам удалось найти лишь небольшие обрывки сведений о Самуиле Яковлевиче Клебанове. С 1935 г. он летал в Нарьян-Маре (на "У-2"), а в 1938-м стал старшим пилотом Архангельского аэропорта. Примечательно, что учился он лётному делу в Ленинграде, вместе с Чкаловым. -"Мало кто знает, что Валерий Чкалов тоже увлекался планерным спортом. Так вот, он как раз и был одним из общественных инструкторов нашего кружка,- похвалился нам Клебанов"....

Сохранились мемуары Николая Григорьевича Богданова - командира полка "дальней авиации" (как выразились бы сейчас), в котором Клебанов летал до войны. Вот один из отрывков воспоминаний Н. Богданова о своём друге - здесь и Чкалов, и Григорьев:

С.Я Клебанов погиб смертью героя в битве под Москвой. "Обстоятельства его гибели я узнал от участников налета на Витебский аэродром, с которого фашистская авиация совершала налеты на Москву и другие наши города весной сорок второго года. Наши бомбардировочные удары по Витебскому аэродрому наносились ночью, одиночными самолетами, рассредоточенно по времени, с тем расчетом, чтобы
бомбардировщики противника не могли вылететь на боевое задание. Клебанов бомбил аэродром одним из последних. Сбросив бомбы, его самолет снизился на малую высоту и стал расстреливать уцелевшие самолеты врага из пулеметов. Несколько машин вспыхнуло, а самолет Клебанова продолжал кружить над стоянками. Через некоторое время гитлеровцы пришли в себя и открыли огонь из всех калибров зенитной артиллерии. Одна из очередей малокалиберного зенитного орудия сразила самолет
храбрецов, и они упали со своей горящей машиной прямо на летном поле аэродрома".

Правда ведь, напоминает?...:-)

Богданов описывает, как не возвращались его друзья из боя... и вдруг через время появлялись на аэродроме. Однажды, в чёрный для полка день, одиннадцать самолётов были сбиты... среди них - Клебанов. Но -- он возвращается в полк. Как? обычно! Сбили - упал, дошёл или дополз, подлечился... - и снова в бой. Если, конечно, сбили "над территорией, занятой противником", - хуже: свои могли потом расстрелять. Но - выживали и тогда иногда.

...Мы не знаем подробностей того падения и возвращения С. Клебанова в строй. Но аналогичная ситуация из практики самого Богданова описана М. Веллером. Клебанов дружил с Кавериным - мог рассказать. Мне кажется, очень похоже на историю с Саней.

"Калининский мост оставался за нами, задача его уничтожения не снималась с нашего полка. Мы предлагали командованию свои проекты разрушения моста. До работы в большой авиации многие наши командиры занимались планеризмом. Планерный спорт был первой ступенькой к нашей летной профессии. И одно из предложений состояло в том, чтобы для этой цели использовать грузовой планер, буксируемый за самолетом. Первым подал эту мысль, кажется, Самуил Клебанов.

Он предложил взять грузовой планер, загрузить его взрывчаткой с детонаторами, привести на буксире ... в район цели, а затем отцепить и направить планер в центр моста. Охотников пойти пилотом на планере нашлось много. Особенно увлечен был сам автор, нетерпеливый наш Муля, как ласково звали Самуила Клебанова близкие друзья.

В те немногие часы, что выпадали нам на отдых, он всегда что-то придумывал и мастерил. Чаще всего это были модели самолетов, для поделки которых он использовал все - бумагу, щепу, мякиш хлеба. Это были оригинальные маленькие модельки; запущенные с руки, они великолепно летали.

Как-то, коротая время в ожидании вылета, который с часу на час все откладывался из-за плохой погоды, мы рассказывали друг другу о том, как пришли в авиацию и как стали летчиками.

Вот тогда мы узнали, что впервые Клебанов познакомился с авиацией в 13 лет, прочитав один из номеров журнала "Вестник Воздушного флота". В журнале он нашел чертежи и описание модели самолета. Модель он строил в течение полугода, а когда она была построена, то удостоилась чести быть выставленной в авиауголке клуба пионерского отряда "Воздухофлот", в котором тогда состоял
маленький Муля. С того времени он твердо решил стать пилотом".

^{(*)Текст цитируется из Каверинского
"Предисловия" к "Двум капитанам", которое мне удалось найти
(в библиотека Мошкова)
только на английском языке. Перевод, разумеется,
не точен, и в кавычках - не буквальные Каверинские слова, хотя за смысл я ручаюсь.
- В.К.}

Вечная память героям. И вечная память кавериным, благодаря которым память о героях реализуется.